рейдерами, не рискуя быть обнаруженным раньше времени. Теперь я был готов действовать, когда наступит момент, чтобы захватить рейдеров врасплох. Ночь становится моей союзницей, а каждый вздох, каждый шорох, становятся частью этой темной и запутанной симфонии в пустыне.
Сначала среди рейдеров царила достаточно безмятежная обстановка, прерываемая лишь фоновым гулом их разговоров. Вокруг костров, в чьих огнях ещё тлеет последний остаток тепла, они расслабленно отдыхают, не предвидя никакой угрозы. Но внезапно в темноте раздается невнятное шипение, а потом и довольно нервные крики, словно призраки взяли в руки оружие. Видимо всё-таки предупреждение часового, которого спугнуло появление моего спидера, всё же достигло цели? И начавшие просыпаться от своей дремоты и сна рейдеры закопошились, пытаясь предпринять хоть какие-то меры. Честно говоря, от них я ожидал большей резвости? У того же Каменной Тени его бойцы явно были более эффективны, чем здесь, чем я и мог теперь воспользоваться. Резво двинувшись вперёд, кромешной тенью, я стремительно вошёл в их лагерь. Лезвия моих ножей снова сверкнули, и именно в этот момент рейдеры начали ощущать нечто странное, какой-то таинственный холод. Холод смерти, что им несли мои клинки. Первый из них, уставившийся в темноту, замечает отсвет пламени их собственных затухающих костров, стремительно бегущее ближайших руин прямо к нему, и растущий вокруг странный, мерцающий свет. Паника прокрадывается среди рейдеров, как тени, ползущей по песку. Их лагерь, исходно наполненный грозными разговорами, теперь наполняется смутными шепотами и нервными вздохами. Темные фигуры, вооруженные винтовками, беспокойно вздрагивают, ощущая странный, холодный ветер в темноте. Этот рейдер начинает пристально вглядываться в темноту, так как видит, что что-то непонятное мерцает в его поле зрения. Песчаные вихри начинают подниматься в воздух, словно зловещие вестники бурь в этой беззвездной ночи. Внезапно прямо передним сверкнувшее лезвие клинка мгновенно превращает начавший срываться с его губ предупреждающий крик в жуткий потусторонний хрип мертвеца. И я, уже практически преобразовавшись в тень, становлюсь для них заметным только своим движением, танцуя среди этих руин и песка. Но даже этот хрип был достаточно громким, чтобы его услышали. И первые крики тревоги пронзают ночь, когда рейдеры всё же осознают тот факт, что их безопасность неожиданно оказалась под угрозой. Огненные руки песчаных вихрей неожиданно поднявшегося ветра зажигают кусты вокруг лагеря. Они медленно ползут к палаткам, создавая огненный красноватый кокон вокруг начавших суматошное мельтешение разумных, считавших именно себя в данной местности хозяевами.
Моя тень стремительно мелькает вокруг костров… Среди силуэтов рейдеров, ещё не успевших даже понять того, что происходит. Мои ножи создают теневые игры на земле. Наконец-то они всё же осознают тот факт, что тени уже не такие, как обычно. Это – не тени от костров, а тени Смерти, удивительно бесшумной и беспощадной. Все рейдеры, уже успевшие вооружиться своими винтовками, начинают просыпаться от своего безмятежного сна. Паника среди них вспыхивает, как неожиданный пожар в их беззаботном лагере. Звуки вырывающихся вздохов и криков нарушают тишину ночи. И все эти рейдеры, уже рванувшиеся к своему оружию, внезапно осознают, что сейчас именно они и стали объектами охоты. Их винтовки, обычно выражающие силу и доминирование, теперь кажутся им недостаточными перед беспощадным охотником с ножом.
Полностью войдя в состояние транса, словно призрак, я продолжил свой жуткий танец среди них. Каждый раз, когда лезвие моего клинка мелькает в темноте, оставляя за собой тень смерти, паника среди ещё живых разумных усиливается. А хрипы умирающих только добавляют нервозности и истерии в обстановку. Рейдеры беспорядочно стреляют в темноту, пытаясь поймать хоть что-то, но их пули проходят сквозь воздух, так и не находя своей цели. И всё потому, что я снова и снова растворяюсь в ближайших тенях, чтобы возникнуть уже в другом месте. Тем более, что сама ночная тьма, словно мой верный союзник, старательно поглощает мой облик после каждого успешного удара. Рейдеры путаются в темноте, сталкиваясь друг с другом, и теряя всякую организацию. Оружие, на которое они полагались, теперь оказывается бесполезным. И их попытки противостоять столь неожиданному вторжению, приводят только к усилению паники.
Я же, словно тень в ночи, появляюсь буквально на мгновение, и снова исчезаю, сея хаос и страх в сердца рейдеров, оставляя лишь мерцающий след темного танца смерти в пустынной ночи. Уже не желая останавливаться на достигнутом, я продолжал свой невероятно молчаливый и кровавый налет. Мои ножи метко рассекали тьму ночи, проникая сквозь ткани одежды в уязвимых местах их тел, словно они были сделаны из воздуха. Паника всё больше росла, когда рейдеры, схватив оружие, всё же пытались понять, откуда именно им грозит опасность.
Тьма этой красноватой ночи, словно плетущий свой холст художник, создавала картины страха на лицах рейдеров. Они беспорядочно и суматошно стреляли в темноту. Но их пули лишь пронзали пустой воздух. Один из рейдеров, видящих в этом моменте нечто сверхъестественное, просто уронил свое оружие на вездесущий песок, и сам упал на песчаный пол, встав на колени, предавшись какой-то непонятной мне молитве. Но это всего лишь облегчило мне задачу, позволив сначала разделаться с его товарищем, истерично что-то кричавшим, и пытающимся перезарядить винтовку, а потом и с ним.
Песчаные вихри, тем временем, тесно обступили лагерь, буквально заглатывая свет от костров, и создавая вихревое течение, затушевывающее голоса рейдеров. Охваченные паникой, эти разумные бегали туда и сюда среди руин и палаток своего лагеря, просто ошеломленные этой внезапностью, и теряя всякий порядок и координацию.
Внезапно появившись из темноты, я плавно подошёл со спины к одному из рейдеров, уже сбившемуся с ног, и беззвучно взмахнул клинками, словно гигантскими ножницами пересекая его горло. Вихри песка медленно опадают, обнажая его силуэт, превращенный в какофонию фонтанирующей крови из обрубка шеи. А его голова, кувыркаясь и всё ещё ошеломлённо хлопая глазами, покатилась под ноги товарищам. Остальные рейдеры, свидетели этого бесшумного и весьма кровавого убийства, пришли в ужас и бросились в рассыпную. Вместо того, чтобы попытаться меня убить. И теперь пустошь стала ещё больше похожа на настоящую арену хаоса, где паника тесно переплетается с элементами природы и хитроумного хищника. Смешение мрака, огня и песчаных вихрей создавало здесь жуткую атмосферу таинственности, наполненной страхом, ужасом, и… Смертью…
Услышав громкий, и практически командирский голос, явно пытающийся отдавать какие-то приказы, я понял, что главарь рейдеров, всё же выступивший из тени своей авторитарности, теперь находился в самом центре урагана страха. Увидев этого довольно крупного орка, я понял, что этот разумный уже и сам поддался панике. Его руки дрожали, когда он обращался к своим подчиненным,
